Михаил Кислюк: Секрет простой – хорошая команда.

Сегодня мы погрузимся в историю, историю человека и историю региона под названием Кузбасс. Находясь в Москве мы решили встретиться с бывшим главой администрации Кузбасса Михаилом Борисовичем Кислюком. Созвонились, договорились встретиться в кафе. Михаил Борисович приехал на метро и прогулялся пешком. Никаких дворцов и дорогих машин у него нет, в отличии от некоторых. Что удивило и порадовало, он в отличной спортивной форме, не у всех так получается. Живет и работает в Москве, увлекается спортом и плаванием. Сели за чашкой кофе и не заметили, как 4 часа пролетело, беседа получилась очень интересной. Говорили о прошлом, говорили о будущем региона, так как о настоящем говорить не приходится, вы и сами все знаете. Но обо всем по порядку.  

Живет бывший глава региона в обычной квартире, у него есть автомобиль Land Cruiser, производства 2006 года, иногда он водит автомобиль, но предпочитает перемещаться на метро. 

Михаил Борисович возглавил регион в 1991 году и руководил до 1997. Это была та эпоха, когда на автобусах еще не красовались надписи «подарок губернатора», глава региона ходил на работу пешком и без охраны. Времена были непростые, вы помните, но, не смотря на это, работа продолжалась. Была построена автомагистраль Новокузнецк – Ленинск-Кузнецкий, строились аэропорты, запущена программа ФАТА. Была очень большая программа по обеспечению водой и теплом. Примерно в 93-94 году все промерзали, все спали в шерстяных костюмах. Были построены 10-ки котельных, а десятки были реконструированы. Особенно много построили в Прокопьевске и Киселевске. Как только запустили котельную №6 в Прокопьевске, начали даже приходить жалобы на высокое тепло.

ФАТА (см. материал "ФАТАльное наследство")

ФАТА родилась в 1989 году, как идея. Она была инициирована Николаем Ивановичем Рыжковым, председателем правительства СССР. В качестве ответа на забастовки рабочих, нас пригласили в Москву и предложили поучаствовать в программе.  Он мне сказал: «Есть такая идея, у меня есть знакомый господин Де Роза, он выдвинул идею «зеленой революции» для Бразилии, эта страна тогда голодала. Смысл в том, чтобы провести технологическую цепочку от поля до прилавка с учетом местных условий, и это дало сумасшедший эффект.»  Его компания не производитель, она производит некоторое оборудование, главное это его мозг был, консалтинг. Его технологию попробовали в разных странах, в Латинской Америке, Африке, везде успешно. Мы, конечно, не Бразилия, но можно к условиям адаптировать технологии. В 1989 году сложилась обстановка, когда советская власть и партия, почти были парализованы, и всем управлял забастовочный комитет.  В 1990 г. я был избран заместителем председателя облисполкома по экономике и начал реализовывать программу. Нет, я не говорю о том, что я пришел, и все расцвело, была большая подготовительная работа. Областной совет нас тоже поддерживал. У нас шахтерский регион промышленный, чтобы затащить сюда сельскохозяйственный кредит, это что-то невероятное. Я поехал в Москву, там все надо было пробивать, договариваться, тем более сменилась власть,  и тем более, я договаривался с Рыжковым и Горбачевым, а тут теперь Ельцин. Мне нужна была какая-то поддержка, а на уровне региона я ее получал только от рабочих комитетов, промышленников и селян. А в руководстве администрации и областного совета поддержки я не находил, мне не выписывали даже командировки, приходилось летать за свои средства. Но я продолжал ездить, я понимал, что ФАТА это уникальная программа и возможность для региона, ее нужно реализовывать.

В 1992 году мы подписали первый контракт на 220 миллионов долларов. Мы связывали промышленные предприятия и расплачивались с итальянцами, оплата была металлом, углем, всем, что могли дать. До выхода указа Президента №666 от 01.07.1997 о смене главы региона, мы оплачивали все копейка в копейку, день в день. Оставалось платить всего 3 года по кредиту, около 120 миллионов, а следующий контракт был бы уже на 500 миллионов долларов. С июля 1997 года новый руководитель региона перестал выполнять международные обязательства по реализации программы ФАТА.

Еще очень важный момент. Из-за чего разгорелся скандал? Итальянцы поставили продукцию на год вперед на 40 миллионов долларов, но это оборудование разворовали после моего переезда. По моим оценкам его разворовывали года полтора-два. Во-первых, начали приватизировать колхозы и совхозы, которые участвовали в программе. Потом, не знаю, случайно или нет, но многие люди, которые имели отношение к программе ФАТА -  погибли. Начальник управления внешнеэкономических связей Владимир Бухарин, на Новокузнецком кольце в его машину врезается другая, бьет в дверь и убивает. Скончался Мирончак Владимир Николаевич, который был как главный инженер проекта. Сергея Лопарева затравили, Шинкевича то же самое. Майтак Владимир Николевич… Деньги большие, 40 миллионов разворовали, вино-водочный завод в Марииинске, решили вообще все списать на меня.

Федеральная служба и вынужденная миграция.

После того, как меня пригласили руководителем федеральной службы по транспорту, я покинул Кузбасс. Проработал там почти 2 года, а потом пришлось вынужденно мигрировать. Я узнал из федеральной прессы, что объявлен в федеральный розыск, поскольку я причастен к неким преступлениям, включая, наверное, «убийства Вифлеемских младенцев». Как потом выяснила проверка по поручению Президента РФ Владимира Путина, никакого федерального розыска не было, это был пиар, но я то поверил. Год я прожил в Германии у родственников, я уже решил, что все, уже никогда не вернусь. Работал, язык почти выучил, адаптировался, думал только о том, как семью перевезти. И вот, спустя год, в 2000-м, мне звонит Михаил Прусак, губернатор Новгородской области, мой друг, с вопросом, почему я уехал и не поставил никого в известность. Я ему пояснил, что я не хотел ни к кому обращаться, моя просьба могла быть воспринята неадекватно на информационной волне в СМИ. Он пообещал переговорить с Путиным на ближайшем приеме. Я попросил передать ему привет, мы с ним  лично были знакомы и 2 года работали вместе, попросил рассказать ему о моей ситуации. Он на тот момент уже стал Президентом РФ. Он встретился с Путиным, позвонил мне, сказал, что Владимир Владимирович меня помнит и уважает, попросил мне передать, чтобы я  возвращался и ничего не боялся.

Я прилетел, и тут все и началось. Я думаю, что Путин не знал об обвинениях и арестах. Уголовное дело против меня было возбуждено по статье «Превышение должностных полномочий». Я с утра до вечера ходил по допросам, на работу нигде не мог устроиться. Устроюсь только, там инициируется из Кузбасса, что я преступник, работодатель говорит – извини, не хочу ссориться с прокуратурой. А в 2009 году снова ко мне приходит бумага очередная, и тут я вижу уже обвинение, т.е. я не как свидетель, и я понял – все, вот это уже серьезно. Что делать? Опять уезжать? Не хочу.

Я взял, без всякой надежды, пишу письмо Путину, короткое, на полстраницы. «Уважаемый Владимир Владимирович, я работал главой региона такие-то годы, прошу провести комплексную и окончательную проверку всех моих действий. Виноват – накажите, не виноват – чтобы ни одна сволочь даже к дверям не подходила». Через неделю ответ приходит из контрольного управления: «Уважаемый Михаил Борисович, мы рассмотрели ваше обращение, ваша просьба по проведению проверки будет удовлетворена». Проходит еще дня 3, звонок в дверь, стоит полковник ФСБ: «Михаил Борисович, я такой-то, мне поручено вытащить вас из этого говна». Изначально он негативно относился к моему делу. А когда полковник прочитал все 12 или 20 томов уголовного дела, то он сказал: «Я все понял», - и дал согласие на работу. Позже он рассказал: «Зам генерального прокурора по Сибирскому Федеральному Округу получил 2 миллиона долларов, чтобы меня посадить».

По словам полковника ФСБ представитель президента, тогда был Квашнин, сообщил руководству региона слова Путина: «Мне поручено передать вам, не вы решаете судьбу Кислюка». Руководство побледнело, покраснело, и после этого действительно - все. После всей этой истории двух следователей по особо важным делам Кемеровской областной прокуратуры уволили с «волчьим билетом». Эти 2 парня приезжают ко мне, молодые ребята, остались без работы, семьи, и говорят мол, так и так, Михаил Борисович, ну помогите, мы к вам приехали, а у нас даже денег нет доехать обратно до аэропорта. А я им говорю: «Ребята, даже если  бы я захотел, ничем не могу вам помочь», - вытащил денег из кармана и дал им на дорогу. И когда я смотрел итоговые документы, там не было массы уголовных дел, это был все пиар, уголовных дела было всего 2. Одно, что я своей диссертацией нанес непоправимый ущерб экономике Кузбасса, а второе это ФАТА.

Дорога Новокузнецк-Ленинск-Кузнецкий (первый автобан)

Земляные работы по строительству этой дороги были начаты еще при советской власти, километров 20 земляных работ от Новокузнецка в сторону Кемерово. И тогда возникла идея продолжить дорогу, достроить до столицы региона. Программа была рассчитана на 10 лет. Немецкие автобаны считаются одними из лучших в мире. Я инициировал контакты с Германией, чтобы перенять новые технологии. Слетал, встретился с руководством ассоциации «Безопасность дорожного движения». Уже с учетом опыта ФАТы, я попросил у них кредит и технологии, обучить людей, а потом методом импортозамещения наши инженеры должны были начать работать самостоятельно, и они начали. Люди причастные к строительству дорог все прошли обучение в Германии, даже асфальтоукладчики. Первая рекомендация была – запретить ямочный ремонт, в 1993 году я подписал такое распоряжение, там потом все стонали. Никто не мог поверить, как можно обойтись без ямочного ремонта. Я когда видел «кляксу» брошенную в яму, останавливался, и тут же приглашал руководителей и занимался воспитательной работой прямо на месте. За 4 года 1993-1997 мы построили 120 километров автобана, это немецкие технологии, там бетонная основа, такой сэндвич, как положено. Стоимость 1 километра тогда была 1 миллион долларов.

Мы еще, в рамках этого проекта, закупили оборудование по производству щебня, песка,  цемента, бетона, целая инфраструктура была развернута, а это рабочие места. В 1997 году был утвержден проект автобана от Ленинск-Кузнецкого до Кемерово на 110 километров с проектным сроком строительства в 3 года, чтобы завершить все работы к 2000 году.

Дорога была только часть программы по развитию инфраструктуры, которая была принята в 1990 году. Ведь если ты хочешь навести порядок в экономике, всегда начинай с нее. Это дороги, линии электропередач, железная дорога, аэропорты, котельные, водо и теплоснабжение, линии связи. Поэтому мы сразу начали работу во всех направлениях. При проведении реконструкции  двух аэропортов, в Кемерово и Новокузнецке, мы уже достигли договоренностей с международными авиакомпаниями о рейсах в Кузбасс, например с компанией «Lufthansa», в целом было подписано 38 международных контрактов. 

Про власть

Власть для чего нужна? Это как механизм управления. Вот ты садишься в машину, тебе же нужно рулевое колесо, коробка передач, тормоза, а не для того, чтобы захватить эту машину. Она государственная. Вот тогда эффект будет. Меня многие спрашивают: «Вот вы же простой парень, из простой семьи, поселка Бачаты, откуда у вас такие результаты? Не может такого быть. Тогда нефть стоила 8 долларов, а уголь 12. И такое сделать за короткое время». Секрет простой – хорошая команда, профессиональная и не воровать. И все будет нормально. А если ты воруешь, больше чем люди зарабатывают, ну так откуда что возьмется?             

Охрана и покушения.

Тот охранник, который был приписан ко мне, он по большей части со мной не ходил, он числился. В случае , когда уже было конкретно доказано, что готовилось покушение, вот тогда он стоял рядом. Мы с ним ходили пешком, гуляли.

Первое покушение на меня было в 1995 году, меня отравили на работе. Меня спас Сулим Николай Илларионович, это врач иридодиагност, мы с ним дружили.  Я ,как обычно пообедал в столовой, пришел в кабинет, и чувствую плохо стало. Я никого принимать не могу, сижу, терплю. И приходит Сулим, смотрит на меня и говорит: «Михаил Борисович, вас отравили, немедленно скорую, речь идет о минутах». Дальше я потерял сознание. Открываю глаза, я дома, иголка в руке торчит, и я снова потерял сознание. Пришел в себя в реанимации во второй областной больнице (Госпиталь ветеранов войн), рядом стоит Галина Муравьева, главврач. Она мне говорит: «Михаил Борисович, вас отравили, мы взяли анализы, вас отравили боевым фосфором». Родственница у меня работала медсестрой, потом она рассказала: «Муравьева выбежала в коридор, ее Владимир Кудешкин к себе вызвал (советник Тулеева)». Они заперлись в кабинете и просидели там часов 6. Все же понимают, народ то возбужден, губернатора отравили, он в реанимации лежит, а главный врач с советником Тулеева в кабинете заперлись. Приходит представитель президента по Кемеровской области, отправили шифрограмму в администрацию Президента, сообщили в ФСБ. 

Второе покушение было в 1999 году. У меня есть родственники в Абхазии, и я поехал в Германию через нее. Была информация, что за мной послали киллера. И меня, когда я остался у родственника, у него двухэтажный дом в Сухуми,  спасла собака. Мы знали, что киллер приедет, родственник охранника поставил и собака рядом была.  Ночью мы услышали лай собаки, выбежали, оказалось охранника киллер успел застрелить, а собака вцепилась в глотку ему и загрызла.

Убийство генерала Шумляева

Шумляев это вообще мой друг. Он не хотел, чтобы я уезжал из Кузбасса. Мне Шумляев нравился. Нравилось училище связи, я как мог их поддерживал. Сергей Шумляев еще тогда мне сказал: «Я могу не сработаться с Тулеевым». Я ему предложил, давай сделаем так, перед моим отъездом устроим вечер, пригласим Тулеева, меня, других друзей, кого ты считаешь нужным. Мы так и сделали. Тулеев в этом смысле душа компании, он пел тогда хорошо, и я улетел, думал все нормально. Потом я встретился как то с заместителем министра Валовым Иваном Ивановичем, и он мне говорит: «Ты знаешь, что-то у Шумляева не очень складывается с Тулеевым, и он хочет в Москву переехать, только звонить не хочет, стесняется», - а у меня как раз была вакансия заместителя открыта. Я звоню Сергею Шумляеву домой, спрашиваю как дела, и он отвечает: «Да плохо…как раз, только вчера, с Тулеевым поругался вообще вдрызг. Я ему сказал, что я думаю о нем на самом деле, и дело в том, что была открыта дверь приемной и все слышали, а там была полная приемная». Я ему сказал не расстраиваться, у меня должность зама есть, прилетай и будешь работать. Он ответил – посмотрим. Не очень он хотел в Москву. И на следующий день его убивают, расстреляли возле гаража. Исполнителя нашли, бывший милиционер, но заказчика так он и не сдал. И я до сих пор помню в «Коммерсанте» статья была под названием «Убили друга Тулеева». И вот текст такой, в котором вот как то на меня…Было, конечно, очень неприятно и больно.

Про уголь

Раньше у нас в регионе была целая программа, где выдерживался баланс между подземной разработкой и открытой. И был расчет по тем же открытым работам, ведь там же опережающее развитие вскрышных работ, где нужны рабочие места. Поэтому рабочих мест мы почти не теряли. А новое руководство региона что сделало, они вскрышные и геологоразведочные работы практически прекратили. Это хищнический  метод добычи, по Марксу это называется, сверх прибыль. Они когда этот уголь забрали, то всю экологию нарушили, землетрясений же не было раньше, землетрясения - итог этой работы.

Мне прислали родственники видео, по всему миру его смотрели, как Талдинский разрез разрушался. Я же там был главным инженером строительства этого разреза. Там такое залегание, что борт не может обрушиться, такое может случиться только в том случае, если вскрышными работами вообще не занимаешься, то же самое на Черниговском разрезе было, на Кедровском. Подготовительные работы они же тяжелые, и они дороже, чем очистные работы, это же порода, ее надо взрывать, ее надо возить. Они, по сути дела, вот эти «сливки», которые были подготовлены – «сожрали», я другого слова не подберу, и загубили горные работы. Сейчас там все заново надо начинать, проводить реструктуризацию угольной промышленности.

Что делать Кузбассу?

Это классика. Ведь я чем руководствовался, когда ситуация была похожая, я же не сам все придумывал. Я внимательно изучил антикризисную работу в других странах мира, учился в других странах, перечитал массу литературы, изучил опыт Китая – везде одно и то же. Когда ситуация заходит в тупик, я сейчас не говорю, кто виноват, кто прав, начинается все с развития инфраструктурных проектов. То же самое, что я делал в 90-х годах. Только сейчас должна быть определенная предтеча, в отличии от тех лет, тогда коррупционеров действительно наказывали и сажали. Здесь с чего начинать надо – вешать в кабинете портрет товарища Сталина, ставить его бюст, и сказать всем: «Вот с сегодняшнего дня - кто не спрятался, я не виноват». Самые жестокие меры, чтобы никто не рассчитывал ни на какие поблажки. Иначе не получится, если сейчас начинать инфраструктурные проекты, их просто разворуют. 

Сейчас некоторые большие политики говорят в открытую: «Зачем строить, если все равно разворуют», - это говорит о их полной некомпетентности. Законы экономики они такие же, как и законы физики, вот, например, я брошу сахарницу, она с ускорением упадет, не зависимо от того, в какой стране мы находимся, то же самое и законы экономики. Нельзя незаметно украсть деньги, это как водоток, сколько приходит, столько же и уходит, закон сохранения массы и энергии. Рабочая группа, которая проверяла деятельность администрации в период моей  работы, не выявила ни одного факта хищения бюджетных денежных средств. На момент моего перевода в Москву у меня не было никаких компаний и офшоров, даже в голову не могло прийти. Я бы за такое голову оторвал сразу. Я, может быть и лоялен к людям, но к этим вещам я абсолютно жестокий человек. Поэтому необходимо проводить деофшоризацию, но не на словах, а на деле.

Мы очень благодарны Михаилу Борисовичу за общение, действительно, было очень интересно. погрузиться в события тех времен.

С уважением,
Учватов Максим